Маркевич Мирон Богданович.

Родился: 1 февраля 1951 года во Львове.

Маркевич - потомственный футболист (отец - известный детский тренер). Окончил Львовский институт физкультуры и Высшую школу тренеров в Москве. Мастер спорта.

В 1970-1977 годах играл в составе львовских "Карпат" и СКА, "Спартака" из Орджоникидзе, "Торпедо" из Луцка.

С 1977 года - на тренерской работе. Заслуженный тренер Украины.

Работал в "Торпедо" (Луцк), "Подолье" (Хмельницкий), "Карпатах" (Львов), "Кривбассе" (Кривой Рог), "Металлурге" (Запорожье), "Анжи" (Махачкала).

В сезоне-1997/98 со львовскими "Карпатами" выиграл бронзовые награды чемпионата Украины, в 1993 и 1999 годах с ними же выходил в финал Кубка Украины.

С июля 2005 года - главный тренер харьковского "Металлиста", в мае 2007-го выиграл с ним бронзовые медали.

Лучший тренер львовских "Карпат" за последние 20 лет сегодня работает в Харькове. И уже вывел "Металлист" в Европу, принеся команде первые в ее истории медали. А всего лишь пару лет назад считал, что жизнь идет наперекосяк...

- Мирон Богданович, Харьков - второй город, где вы добиваетесь бронзовых медалей...

- А мы ведь не ставили задачу взять третье место. Два года назад начинать пришлось практически с нуля. Из той команды, которая была к моменту моего прихода, остались лишь двое - Бордиян и Данилов. Остальных брали в последние два года - кого бесплатно, кого покупали. И только тех, кто не реализовал себя в других местах и имел мотивацию. Тот же Валяев два года в "Днепре" и "Кривбассе" почти не играл, Бабича мы чуть ли не выкрали в "Анжи", Фомин был временно невостребован в "Шахтере"... Так что даже если кого-то покупали, то за небольшие деньги.

- И даже Рыкуна?

- Ну, Рыкун - это особый случай. Этот трансфер был очень серьезным, но тут была инициатива только президента клуба Ярославского. И, конечно, Рыкуна. Ультиматум, который Саша поставил - что будет играть в "Металлисте" и больше нигде, - свою роль сыграл. Почему он так сделал? Судить не мне. Нам в отношениях с Рыкуном, на мой взгляд, удалось найти золотую середину. Не могу сказать, что у нас все гладко, но я вижу, что Саша стал немного другим, даже по сравнению с прошлым годом.

- И все-таки, просто так человек подобные ультиматумы не ставит...

- Но я ничего не делал для этого. Просто у нас дружная команда, из которой никто уходить не хочет. Даже туда, где выиграют по деньгам. У нас в команде семейная обстановка, где все в пределах разумного.

- В этой семье вы - отец или старший брат?

- Скорее, первое. Хотя не единолично, потому что большую роль грают мои помощники и спортивный директор Женя Красников. Кстати, именно он в свое время инициировал мой переезд в Харьков.

- Есть у вас строптивые "дети"?

- А как без них? С талантливыми футболистами всегда нелегко. В принципе, главное с ними - говорить нормальным языком. И нужно быть честным - если что-то обещаешь по контракту, это должно выполняться.

- С каким футболистом было сложнее всего?

- Одного и не выделишь. Ведь и Ваня Гецко - непростой человек, и Серега Мизин, и Паляница, и Олег Лужный, и Андрей Гусин, и Рыкун с Ганчаржиком в "Металлисте". Володю Езерского я вообще как-то выгонял из "Карпат" - он тогда только пришел из коллектива физкультуры и не очень понимал роль тренера. Пришлось отправить на полгода назад в КФК. Зато теперь в сборной играет. Так что никто из названных ребят зла на меня не держит.

- Кстати, вы видели того Лужного, которого мало кто видел. Каким он был до "Динамо"?

- Я сейчас его постоянно ставлю в пример своим футболистам, потому что это человек, добившийся почти всего своей работоспособностью. Я увидел Лужного, работая в Луцке. Взять его из юношей предложил мой отец. Не скрою, у нас были и более талантливые футболисты, но ни у кого не было такого желания играть в футбол. Олег вставал утром, когда еще все спали, и работал. И через четыре года попал в сборную СССР. А более талантливые так и остались мало кому известны. Потому что никакой контроль над игроком не поможет, если он сам не понимает, что нужно ему. В "Металлисте", например, никто не ходит по номерам с проверками - а не открыли ли где-то бутылочку.

- И если команда победила - имеют ли футболисты право выпить по бокальчику пива?

- Безусловно. Я бы вообще хотел, чтобы в команде было кафе, где отдыхали бы с семьями после игры. Правда, игроки и так собираются после игр в одном из харьковских кегельбанов. Я это знаю, но и знаю, что там все в рамках дозволенного.

- О фарте. Есть ли у вас свои приметы?

- Ну, все я не расскажу. Но могу сказать, что в шкафу весит две или три рубашки, которые я надеваю на игры на фарт - когда я в одной из них, команда побеждает.

- Что такое для вас личная жизнь?

- Первое - это семья, жена Аня и два сына - 29 и 20 лет. Второе - музыка. Любая, но лучше "Битлз", Фрэнк Синатра или Элвис Пресли. И классика - разве можно не заслушаться Моцартом?! Люблю музеи, мы всегда их стараемся посещать командой - будь то Иерусалим или Святогорский монастырь. Будучи в Италии, побывали в Риме, в соборе святого Петра, во Флоренции, в галерее Уфици. Вообще, я считаю Флоренцию лучшим городом мира. Идешь по ее улицам и ощущаешь, что по этим же улицам ходили Рафаэль и Микеланджело, и ты идешь вместе с ними. Будь возможность выбрать место для жизни, я бы выбрал Флоренцию.

- Последний отпуск где проводили?

- Я в декабре стараюсь в Трускавец ездить. Попить водички, подышать воздухом. Это уже традиция с двадцатилетней выдержкой.

- Несколько лет назад получила огласку история с нападением на вас и ограблением вашего дома. Чем она закончилась?

- На прошлой неделе как раз был суд над грабителями. Там не только мое дело было - много людей пострадало. Я еще легко отделался, потому что на счету этой банды были и убийства. Меня приглашали на суд, но я не поехал - пусть это будет на их совести. Я не хочу этим заниматься. Ничего из похищенного вернуть не удалось, но главное - я жив и работаю.

- Были ли в жизни более тяжелые ситуации?

- Да, смерть отца, она меня подкосила серьезно. Я был тогда в Махачкале, в "Анжи"... Тогда вообще все пошло наперекосяк, начиная с того, как я ушел из Запорожья. Я долго не мог отойти, только в Харькове и выкарабкался.

- Почему же вы ушли из Запорожья?

- Сам не пойму. Я там себя комфортно чувствовал. Но мы как-то выиграли во Львове, и меня стали уговаривать - ты же родился во Львове, должен поднимать здесь футбол. Я поначалу не слушал даже, но потом дал себя уговорить. И это была моя самая большая ошибка - следующие три-четыре года ушли коту под хвост. Но, наверное, так должно было случиться, может, я бы и в "Металлист" тогда не попал.